Русское Агентство Новостей (ru_an_info) wrote,
Русское Агентство Новостей
ru_an_info

Categories:

Статья Долгое государство Владимира Путина. Русский код

24 февраля 2019
Статья Долгое государство Владимира Путина. Русский код

Один мой давний знакомый, гурман разного рода интеллектуальных посиделок, традиционно заканчивает все конференции, «круглые столы» и прочие междусобойчики словами: «Сказали все, но не все». И вот когда появилась заметная пространная, во многом знаковая статья о сути и особенностях президента Путина, его режима – «путинизма» – и о «глубинном народе», я ждал, когда выскажутся все. Все, конечно, в моем понимании. То есть те, кто умеет говорить по делу, а не по настроению или заказу.

Высказался Писатель. Знаю его лично и уважаю за талант, смелость и откровенность. Сказал, что автор статьи, безусловно, искренен, но излишне публицистичен. А здесь бы больше литературной интуиции, а не газетного пафоса. Высказался Философ. И его лично знаю и уважаю за кругозор и эрудицию. Сказал, что автор, безусловно, талантлив, но излишне политтехнологичен. А здесь бы больше философских обобщений, а не политологической конъюнктуры. Параллельно выпрастался более мелкий калибр комментаторов и смакователей. В том числе из «ближнего зарубежья». Там – дикая разноголосица, замешанная или на слепой ненависти, или на неконтролируемой зависти, явном страхе или на плохо скрытой сервильности. Короче, сказали все. Но, как всегда, не все. Поэтому рискну кое-что добавить.

Во-первых, хорошо, когда статусный чиновник анализирует теорию и практику своего шефа, да еще и лидера страны. Это по крайней мере дерзко. В России свобода слова и мысли чрезмерно литературна. (Я имею в виду прежде всего глубину, а не остроту.) В том смысле, что её пока куда больше в малотиражной литературе, чем в массовых электронных и печатных медиа. Соответственно, появление в тиражном издании публикации, которая и стилем, и содержанием, и особенно авторством дерзко провоцирует на откровенный, не дежурный и смелый разговор (а иначе и нет никакого смысла) о первом лице и народе в контексте судьбы страны, – это нормальный ход. Не исключаю, что «первое лицо» к этому и причастно. (Самые главные вещи можно узнать о себе либо на своей свадьбе, либо на похоронах. Но если то и другое не предвидится, стоит подтолкнуть к этому хотя бы своих подчиненных.)

Во-вторых, плохо, когда продуманный, выношенный и выстраданный текст начинают комментировать «мелкокалиберные» авторы, да еще походя, небрежно и без души. Я вообще против всяких комментариев. Чаще всего это ложная форма тщеславия. Но я за то, чтобы мысли, которые всегда возникают при столкновении с чужой позицией (если она достаточно крепка для столкновения), озвучивались как дополнительная или альтернативная смысловая конструкция. А время и бытие потом рассудят, где было больше правды жизни.

Статья Долгое государство Владимира Путина. Русский код

Так вот, несколько мыслей, «отрикошетивших» от названного текста. Итак, обычно, когда анализируется лидер или целый народ, энергия исследователя в основном тратится на выявление того, кем и чем хочет и может быть этот лидер, этот народ. Это традиционная западная парадигма в философии, блестяще выраженная картезианцами, а в психологии – фрейдистами. Да, по желаниям, волениям, целеустремлениям личности (народа) можно многое понять, спрогнозировать, даже простить. Но не менее интересно знать, а кем и чем не может не быть лидер (народ) даже вопреки своим озвученным чаяниям.

В одном из исследовательских центров мне пришлось столкнуться с направлением «генетическая археология». Там изучали генетические предрасположенности к основным видам жизнедеятельности многих давно ушедших поколений, вплоть до неандертальцев. Поучительно! Но сегодня меня больше интересует «генетическая политология» – то, какие модели политического поведения закодированы в личности и народе на генном уровне первичных рефлексов, инстинктов, базовых моделей поведения.

То, что русский народ, например, много поколений жил в крайне сложной природной среде, во враждебном окружении, на бескрайних территориях, под прессом бесчисленных военных, хозяйственных, культурных, межнациональных и пр. вызовов, не могло не отпечататься в генной характеристике. Как не могли не войти в его код различные, часто необычные модели социализации, коллективной адаптации, кооперации, без чего невозможно выжить в агрессивной среде. Что и формировало особый тип мышления, скорость и инвариантность принятия решений, характер межличностных, групповых и социальных отношений. Эти особенности, без которых популяции не быть, и составляют то, что названо «глубинным народом».

И рождались на Руси, к счастью, мыслители, которые не боялись подробно анализировать все эти особенности. Такие, в частности, как Борис Николаевич Чичерин, возможно, первый русский классик системной политологии. Почему «не боялись»? Да потому, что в таком анализе выявляются не только позитивные народные качества. А ведь все народы считают себя идеальными. Об этом стоит говорить отдельно. Но если дать нашему народу сверхкороткую и максимально обобщенную характеристику, то это – мощь выживания. Наперекор всему, вопреки всем, несмотря ни на что. Вот этот уже природный дар выживания и обусловливал часто ситуации непонимания с другими народами, имеющими принципиально иной исторический опыт.

Например, в выживании особую роль у нас играли «священные границы». В других ойкуменах границы часто были формальны и малозначимы. А русский народ без границы – как без кожи. Именно она защищает организм от большинства инфекций, и такую же роль играла граница для державы. Поэтому так корежила от боли Россию попытка глобалистов «освежевать» её в девяностые. Эта боль и разбудила державу от хаотически-гедонического транса тех лет...

А теперь – Путин. Он ведь тоже как частица своего народа опирается на общие глубинные особенности национального характера. Но при этом в архетип каждого человека впечатывается и уникальный опыт его рода, предков, родителей. Мне пришлось в рамках собственного проекта анализа мировых лидеров углубиться в эту сферу. Оказалось, что в случае Владимира Путина в его персональный архетип через образ жизни, переживания его близких глубоко отпечатался ленинградский блокадный регламент. Путин в этом плане – очевидный постблокадник. А это не только модель выживания в тяжелых условиях с неожиданными вызовами, ограниченными ресурсами и пр. Это модель выживания в сверхтяжелых, даже убийственных для других обстоятельствах. То есть народ, наделенный глубинной чертой выживания, преодоления сложных обстоятельств, обрел лидера с таким же природным, но еще более усиленным свойством. Это лишь один из моментов «генетической политологии», но уже он многое объясняет.

Например, секрет столь стабильной популярности президента – люди интуитивно за тех, кто может предъявить их же качества, но в более мощном воплощении. Это, кстати, объясняет и то, почему Россию и её лидера не пугают сегодняшние зарубежные ограничительные санкции. Блокада – это, по сути, апофеоз любых самых немыслимых и убийственных санкций. Люди, которые несут в своих генах навыки достойного выживания в смертельном ленинградско-блокадном режиме, любой формат инфантильных западных заградительных «пугалок» воспримут разве что с досадой или иронией. (Вспомнилось из детского: «Ты мальчик глуп и не видал больших за... затруднений в жизни».)

Повторяю, это только один аспект анализа политической генетики народа и лидера по закодированному опыту русских поколений. А еще можно рассмотреть, как входят в эту генетику многоуровневые бытийные кодексы, живущие в человеке в виде принципов, установок, убеждений и образцов поведения. По этому фактору, в частности, можно утверждать, что Владимир Путин по внутренним кодексам скорее разведчик, чем политик. Поскольку последний во главу угла ставит баланс интересов, а первый – баланс сил.

Хорошо это или плохо? В какие-то периоды истории это очень плохо. А вот в данный момент – очень даже хорошо. Еще интересно проанализировать, к каким именно из восьми базовых инструментов воздействия на реальность предрасположен народ и лидер. Но это долгая и отдельная история...

Подытоживая, хочу сказать, что не вполне уместна и ирония комментаторов рассматриваемой статьи по поводу попытки её автора выделить всего лишь четыре главных формата российской истории: период Грозного, Петра I, Ленина и Путина. Мол, несопоставимые фигуры, масштабы и пр. А для меня не так важны имена, как принципы такой периодизации.

Послушав недавнее обращение президента, я лично вижу принципиальное и логичное различие этих исторических моделей. Если очень лапидарно. Иван Грозный в качестве опоры своей трансформации общества видел личную гвардию (опричнину). Петр I – армию (и флот). Ленин – партию (и пролетариат). Путин, судя по главному акценту выступления, – семью, здоровье, образование, экологию, демографию т.е. – весь народ.

Русский народ не может эволюционировать, не расширяя в истории пространство своего освоения. Русские лидеры не могут остаться в истории, не расширяя свою социальную опору. Правда, это чрезвычайно трудно и не у всех получается. Но таков генетический код. Статья Долгое государство Владимира Путина. Русский код.

Tags: Владимир Путин, Владислав Сурков, Путин в России, Россия, власть в РФ, выживание, политика в России, русский народ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments