June 9th, 2012

Руан, новости украины, новости мира, новости россии

О чистых помыслах и грязных намёках

Елена Любимова, 09 июня 2012
Европейская просвещённость – это страшная штука! Особенно, когда одни люди понимают под просвещением усвоение всё новых и новых знаний, а другие – тотальный обман и достижение для себя неких преимуществ в глобальном масштабе...

 

О чистых помыслах и грязных намёках

Автор – Виталий Росляков

Ещё задолго до средних веков, цивилизованный Запад, отягощённый светлыми помыслами о всеобщей толерантной любви народов между собой, пытался донести огонь европейского просвещения и свет цивилизации, куда только мог. За последнее тысячелетие свет цивилизации нисколько не изменился по своим последствиям. Изменились лишь средства его доставки нецивилизованным народам.

По обыкновению, типичных русских дикарей, кто был без оружия, всех до последнего сгоняли в местную церковь, конюшню или большой сарай вместе с женщинами и детьми, и зажигали огонь просвещения с четырёх сторон. Это позволяло просветить одновременно всех жителей деревни или даже целый городской район. При этом ни одно животное из лошадей, коров и коз не страдало, находясь под наблюдением и охраной специально выделенных конюхов и пастухов, служивших прообразом защитников прав животных.

Вот так ещё тогда Запад трепетно относился к сохранению природы и животного мира. С тех пор он нисколько не менял своих культурных традиций. А как всем хорошо известно, в современном цивилизованном обществе личный уровень культуры человека определяется именно по его отношению к бедным животным. Но русские, как обычно, до сих пор не сумели оценить по достоинству всю культурную глубину и размах цивилизованных европейцев.

К коварному русскому вопросу о том, почему до крестовых походов Запада на территориях дикой Руси никогда не было эпидемий оспы, тифа (болезнь бедных), сифилиса и прочих цивилизованных болезней, что подтверждается археологическими и палеонтологическими исследованиями, западная наука отвечает: потому что русские — нецивилизованные племена. И это правда, истинная. Потому что никому по сию пору так и не удалось цивилизовать русских и их землю. В качестве неоспоримого аргумента о русской нецивилизованности можно привести факты и примеры из истории аборигенов Нового света, Ближнего Востока, Средней Азии, Австралии и Индии, которые, до появления у них европейцев и саксобриттов, также не болели вышеупомянутыми болезнями.

Появление и распространение сифилиса, как известно, массово началось в Европе после возвращения из первых крестовых походов благороднейших рыцарей и авантюристов. Типичные русские неполиткорректно связали это совершенно случайное явление с тем, что крестоносцы гнали в обозах несметное количество одомашненных свиней для пропитания. А, как известно, если ты настоящий западный рыцарь, одним пропитанием сыт не будешь.

Но, к великому разочарованию рыцарей, русские и арабские женщины, при невозможности избежать близкого знакомства с пришельцами, переполненными чистых помыслов и благородных порывов, так и сочившихся из-под доспехов, просто закалывали себя в грудь ударом кинжала. Это чисто женское оружие, которое в открытой массовой мужской схватке на тяжёлых мечах или саблях практически неприменимо.

В могилах славянок и арабок той поры до сих пор постоянно находят эти личные прижизненные обереги и не могут объяснить их присутствия. Потому что оберегали они вовсе не жизнь, а что-то другое, для диких и никем не цивилизованных славянок и арабок тогда бывшее гораздо более ценным.

Кстати, восточные кинжалы как тайное личное оружие, до того европейцам неизвестное и вообще не применявшееся, если не брать в расчёт короткие резервные мечи для боя в тесной фаланге у воинов Александра Македонского, появились в Европе и широко распространились именно после первых крестовых походов на Восток.

Именно потому, из-за массовой несговорчивости восточных дикарок и приходилось благороднейшим, высоко духовным рыцарям частенько использовать во время походов розовых и аппетитных хрюшек не по прямому назначению. От того, скорей всего, даже пошла межъязыковая идиома «аппетитная бабёнка». И почему, кстати, так часто и массово зажигался лишёнными женской ласки рыцарями в тех же русских городах и арабских поселениях, очищающий их непокорный мир, огонь просвещения.

Впрочем, как оказалось гораздо позже, уже в Новом свете, темноволосые и краснокожие скво и девственницы команчей тоже почему-то не очень стремились к интимным контактам с чистоплотными европейцами. До встречи с последними совершенно не болея никакими эпидемиями и эпизоотиями. И, по странному совпадению, от безвыходности точно так же, как русские и арабки, лишали себя жизни при помощи маленьких ритуальных ножей, похожих на кинжалы. Обычная нецивилизованная дикость. Вот только свинок не хватало у европейских поселенцев. А с бизонами не очень-то развлечёшься, можно и калекой стать. Потому бизонам, команчам и их индейским женщинам досталось по полной мере. Практически дотла.

Вот польские пейзанки не умертвляли себя, и, тем самым, сохранили свою страстно любимую отчизну. Заодно, родив для неё будущую аристократическую шляхту, достойных и преданных преемников своих пап, рыцарей тевтонского ордена. А вот уже чуть дальше, на восточных землях, приходилось благородным тевтонцам и, впоследствии, ливонцам, после костров просвещения, снимать стресс лишь при помощи доступных и безобидных хрюшек. Что, видимо, стало массовым и привычным явлением в благороднейших войсках.

После чего, отблевавшись от подобных сцен, слишком впечатлительные от кочевого одиночества жители степей и пустынь Ближнего Востока ввели всеобщий запрет на поедание свинины. Видимо, считая домашних свиней вторыми жёнами цивилизованных европейцев, и совершенно не принимая каннибализма. Пророк Мухаммед солгать не даст.

По поводу подобных размышлений современные западные исследователи отвечают гордо и непринуждённо: русские и арабы ничего не понимают в плюралистичном развитии истинной цивилизации, и её высочайшего выражения свободы — порнографии и либидо. Ведь не зря же с таким постоянством и исступлением порнозвёзды, которые популярны на Западе даже среди детей своими именами, размерами и предпочтениями, непринуждённо и затейливо совокупляются с жеребцами и гиппопотамами. Всеми доступными способами. Под внимательным наблюдением защитников прав животных без границ. Это, конечно же, служит святому делу развития детского и юношеского воображения.

Что по этому поводу думают удивлённые лошади и гиппопотамы, современная наука пока не в курсе дела.

О чистых помыслах можно рассуждать до бесконечности. Например, с незапамятных времён европейцам и остальным цивилизованным западным народам известно, что русские являются самыми дикими и грязными в мире.

Кроме цивилизованных европейцев образца одна тысяча девятьсот сорок второго года, живших в добротных и чистых русских домах, и сквозь прорезь прицела наблюдавших за русскими бабами и детьми, почему-то грязно и нецивилизованно проживавшими в подвалах и землянках, это подтверждается ещё одним элементарным наблюдением.

Прежде чем начинать строить себе дом, каждый типичный русский в обязательном порядке ставил рядом с выбранным местом поселения деревянную баню, в которой и жил всё время строительства. Каждый вечер после дневной работы он мылся и только потом ложился спать. Это убедительно доказывает любому просвещённому человеку, что типичный русский по природе своей настолько грязен, что ему даже приходится ежедневно умываться и часто мыться в бане.

То ли дело в цивилизованных странах! Например, ещё в 15 веке европейские медики писали: «Мыть лицо ни в коем случае нельзя, поскольку может случиться катар или ухудшиться зрение. Водные ванны утепляют тело, но ослабляют организм и расширяют поры. Поэтому они могут вызвать болезни и даже смерть». А в руководстве учтивости, изданном в конце 18 века («Manuel de civilite», 1782), запрещается пользоваться водой для умывания, «ибо это делает лицо зимою более чувствительным к холоду, а летом к жаре». Вот какая трогательная забота о жизни и здоровье всего человечества!

Только дикие животные и птицы, да ещё недалеко отстоящие от них, никем не цивилизованные русские, подвергают своё здоровье и жизнь смертельным опасностям, регулярно моясь и даже парясь.

Преданные почитатели просвещённой европейской и вообще западной жизни должны обязательно сделать это руководство своей настольной книгой. В противовес русским дикарям, рассуждающим о своём квасном патриотизме и, тем самым, намеренно саботирующим прибыли демократичной корпорации «Кока-кола».

Ради справедливости необходимо добавить, что цивилизованные жители Запада не очень-то и нуждались в подобных руководствах и пособиях, будучи и сами достаточно культурными и чистоплотными. Например, королева Испании Изабелла Кастильская ещё в конце 15 века была так чиста от рождения, что за всю жизнь мылась всего 2 раза. При рождении и в день своей свадьбы. И французская королева Мария-Антуанетта, уже в 18 веке, полностью мылась тоже 2 раза за всю свою яркую цивилизованную жизнь. В 1-й раз, когда крестилась, 2-й — перед собственной демократичной казнью. Французский король Людовик 14-й де Бурбон, известный всему просвещённому миру как «Король-солнце», мылся также всего 2 раза в жизни, да и то по сомнительному совету придворных врачей. К этой процедуре тщательно готовились за сутки и накануне демократично ставили клизму. Само же мытьё привело монарха в такой ужас и затем меланхолию, что он, поклявшись на Библии, зарёкся когда-либо принимать водные процедуры. И другим цивилизованным не советовал.

Конечно же, не всем так везло с врождённой чистоплотностью. Например, прекрасным дамам европейского средневековья, в силу более низкого происхождения по сравнению с королевами, а, следовательно, отличавшихся меньшей чистотой, приходилось мыться 2, а то и 3 раза в год. Понятно, что это было почти непереносимо для культурных и просвещённых леди, до сих пор по этому поводу печально взирающих на нас с картин великих европейских художников тех времён. Которые, к сожалению, неспособны передать всё реальное благоухание и свежесть своих моделей.

Вот почему высочайшими декретами в конце Средних веков по всей Европе, к всеобщему ликованию жителей, отмеченному праздниками бесплатного пива, эля, рома, самогона и эгегей-карнавалами, были, наконец-то, упразднены общественные бани, которые им когда-то тиранично строили, оказывается, ещё древние римляне. Видимо, переняв этот дикий обычай у этрусков, основателей Рима. Да не просто строили, но и пытались эти бани эксплуатировать.

Но ведь всем известно, что цивилизованные западные народы всегда протестовали против какой-либо эксплуатации! И потому, если в 15 и 16 веках богатые горожане ещё, к сожалению, мылись примерно раз в полгода, то в 17 и 18 веках они, к всеобщему облегчению, вообще перестали принимать даже ванну. Но до этого, конечно, пришлось сильно пострадать и помучиться. Зато древним римлянам цивилизованные европейцы отомстили этим сполна. Демократично и культурно, как у них принято.

И ведь не зря западная цивилизация считается самой развитой и изобретательной в мире! В мрачные века средневековья, когда несчастным европейцам ещё приходилось мыться, для того, чтобы избавить себя от слишком частых ежегодных водных процедур, состоятельные дамы и кавалеры стали носить шёлковые нижние рубашки, полагая, что вошь за шёлк не уцепится, ибо эта ткань достаточно скользкая. Так появилось шёлковое нижнее бельё, потому как к шёлку блохи и вши, оказалось, действительно, не прилипают.

Какой восхитительный полёт европейской научной мысли!

Так, понемногу, благодаря общим интеллектуальным усилиям и врождённой чистоте западных жителей, начинался не только культурный прогресс, приведший к появлению высокой моды и парфюмерии, до сих пор удивляющей весь остальной мир парижскими ароматами, напоминающими тонкий дурманящий аромат средневековых парижских улиц, но также и прогресс технический.

Какие потрясающие своей изысканностью и совершенством изобретения это дало всей земной цивилизации! Европейские красавицы и элегантные франты в своих роскошных, напудренных мучной пылью, париках, прикрывающих сифилитическое облысение головы, носили сделанные из золота хитроумные приспособления для ловли блох.

Да-да, именно тех самых блох, одну из которых всё-таки догадались привезти в подарок русскому царю. Какой изысканный и безупречный вкус в выборе сувенира! Как известно, соседи привозят в подарок то, чем обычно богаты. От переполнения чувств, так сказать. Видимо, из-за вечно плохих русских дорог и трактов, эту Королевскую блоху, замечательный подарок Европы, пришлось дополнительно подковывать какому-то русскому подмастерью по прозвищу Левша. Заодно, как всегда благодаря Европе, он повысил свою квалификацию и стал зваться мастером.

Европейское влияние на русских мастеров стало восприниматься как традиция и позже распространилось в России повсеместно, благодаря высокодуховной местной интеллигенции, профессий, окромя образования, не имевшей. Особенно в середине 20 века, позволив русским инженерам Красной империи, например, создавать свои примитивные танки, которые почти не ломаются. Потому что в них просто нечему ломаться.

В честь именитой блохи в России выстроили Кунсткамеру и даже посвятили песню, исполнявшуюся знаменитым русским басом, Шаляпиным, ещё в начале 20 века. Вот так западная культура и технический прогресс понемногу проникали на территории дикой России.

Роль блохоловки во Франции играла миниатюрная вилочка с подвижными зубцами-усиками, которую светские модницы носили на шее. Блошиные ловушки не очень надёжно защищали своих хозяек от надоедливых паразитов (в смысле блох и вшей, а не поклонников), зато дамы той эпохи придумали способ, как использовать блох в искусстве флирта. Вскрикивая от мнимых и настоящих блошиных укусов, они тем самым приглашали кавалеров к поискам зловредного насекомого. В ту пору, в отличие от дикой России, самой эротической забавой западных мужчин считалось поймать блоху на любимой. Вот оно, истинное, утончённое искусство любви и соблазнения, из которого рождались величайшие европейские стихотворные поэмы и литературные романы, до сих пор остающиеся непревзойдёнными!

Даже прекрасный западный ритуал дарить дамам цветы при свидании был придуман именно для того, чтобы во время сближения хотя бы немного приглушить естественный запах здоровых цветущих тел потенциальных любовников, видимо, чтобы растянуть удовольствие общения и не торопить события.

Ах, Анжелика, маркиза Ангелов!..

В блохоловки (которые тоже были подарком русскому царю, и есть, например, в Эрмитаже) клали кусочек шерсти или меха, политый свежей кровью. Ну, с добычей свежей человеческой крови проблем в ту пору у просвещённой Европы не возникало, западные цивилизованные самочки ещё хорошо и довольно часто плодоносили, благодаря не очень надёжным блохоловкам и галантным кавалерам. А высокопроизводительные средства по добыче крови, к восторгу цивилизованных французских граждан, впоследствии эксклюзивных пользователей надёжного и простого изобретения истинного врача и человеколюбца Гильотена, работали ежедневно и безотказно.

Просто медицинских станций для хранения такого скоропортящегося продукта ещё не придумали. Это уже потом дикий русский врач Пирогов предложил и воплотил. Наверное, украл очередную западную идею, размышляя о возможности постоянно пополнять европейские блошиные ловушки. И на фоне всего этого великолепия каждый раз приезжали в Европу настолько грязные, что потому ежедневно умывающиеся, русские послы и купцы, сея ужас и смятение своими древними языческими привычками. Да ещё и нетолерантно издеваясь над просвещённой Европой.

Вот что русские послы при дворе Людовика 14-го совершенно неполиткорректно писали русскому царю: «Их Величество Людовик смердит аки дикий зверь». А что они тогда позволяли себе в общении с благовоспитанными мирными европейцами, даже страшно подумать.

В общем, не зря самих же русских по всей Европе всегда считали извращенцами за то, что те ходили в баню минимум раз в месяц, то есть безобразно часто. И с отвращением упоминали сей «дикий обычай», особенно хлестанье тела «ветками деревьев».

Европейский прогресс набирал силу и вторгался в быт всех народов, осеняя чистотой европейских тел и, что важнее, помыслов, все уголки земного шара, куда только мог добраться. Кроме России, естественно. Кому нужны были эти лесные дикари, о которых даже собственные поэты выражались вполне недвусмысленно: «Прощай, немытая Россия!..»

Видимо, в смысле того, что русские настолько увлекались собственными банями, что всё никак не успевали вымыть свои просёлочные грунтовые дороги. Историк П. Бартенёв, известный археограф и библиограф, рассказавший после смерти ненавидимого им русского офицера Лермонтова об этом неизвестном и нигде не записанном стихотворении поэта, не дал бы солгать. В общем, великим русским поэтам было виднее.

А что же происходило в те времена в России, кроме дорог и рассуждающих о них дураков?

Да то же, что и всегда. Баня на Руси была нецивилизованно возведена этим, как его, народом в разряд культа. В ведические времена даже существовал Дух бани, Банник. Не зря даже современная церковь так до сих пор и не освящает единственное строение во всех типичных русских хозяйствах — русскую баню. Дом, хлев, свинарник и овин освящает. А баню — ни за что. Видимо, чтобы сохранить собственную внутреннюю и внешнюю чистоту.

В общем, в отличие от грязной и немытой России, цивилизованный Запад процветал в чистоте и высоких духовных помыслах. Заодно распространяя всё это на все остальные континенты и территории. Благодаря чему в Европе постепенно развивались технический прогресс и высокая культура с прекрасными былями и легендами о Летучем голландце, графе Дракуле, оборотнях и Джек-Потрошителе.

Такого уровня культуры Россия, конечно же, не имела. И вот в начале 19 века, в ответ на тактичную просьбу Наполеона о заключении мира, дикие русские орды, как обычно, хлынули в объединённую им Европу, захватывая мирные столицы. И, чтобы сильнее поиздеваться над оккупированным населением, стали везде, где только бывали, массово ставить свои чудовищные русские бани. Как это они делали во времена Александра Суворова. При этом, моясь сами и жестоко заставляя мыться цивилизованных жителей. В Польше, Австрии, Германии, Франции.

В результате чего многие чистоплотные европейские самочки стали превращаться в настолько грязных мыслями и телами диких русских баб, что цивилизованные европейские блохи и вши практически перевелись. Это был настоящий европейский кошмар, надолго остановивший прогресс просвещённого человечества.

Простить русским такое никак невозможно. А потому современная западная наука ищет любые способы вернуть изнурённый водными процедурами западный мир в широкое и безотказное лоно прогресса и истинного просвещения. Парфюмеры придумывают великолепные, естественные для тела запахи, которые позволят обходиться без докучливых умывальников, ванн и джакузи. Кутюрье, из числа закройщиков и портных, экспериментируют с новейшими фасонами и материалами, позволяющими спастись от паразитов и легко отковыривать накопившуюся естественную грязь наманикюренными ногтями.

Рано или поздно, цивилизованные западные страны найдут способ культурно и демократично рассчитаться с жестокими русскими казаками, как это уже было сделано когда-то с древними римлянами. Даже если для этой цели понадобится перейти вместо мыла и стирального порошка на производство одних лишь духов, дезодорантов и одноразовой одежды. Потому что мир Запада усиленно прогрессирует. То есть, продолжает совершенствоваться.

Источник

Дополнительные иллюстрации:
Постоянный адрес статьи: http://ru-an.info/news_content.php?id=1605
Руан, новости украины, новости мира, новости россии

Кто сжёг Москву в 1812 году?

По чьей воле запылала оставленная Наполеону Москва? До сих пор нет однозначного мнения на этот счёт. Однако следы пожара и письменные свидетельства очевидцев дают неожиданный ответ, не совпадающий ни с одной принятой версией...

 

Тема вроде бы избитая. Историки изучали – в учебники написали – памятники поставили, и даже стихи сочинили. Все сегодня знают – деревянная Москва сгорела. Прямо или косвенно в этом виноват Наполеон. Сердце нашего народа наполнилось скорбью и гневом. Вся земля русская поднялась на борьбу с супостатом. Да. Мы это знаем, и, кажется, что всё логично, но интрига здесь всё-таки есть, и немалая.

Как же всё это получилось? С момента трагических событий прошло 200 лет, и всё это время гипотезы о московском пожаре строились по одной схеме. Если политические обстоятельства в данный момент требовали возложить вину на французов, то немедленно обнаруживались причины, по которым губернатор Москвы Ростопчин (как вариант – Кутузов) никак не мог быть инициатором поджога. Дальше простая логика подсказывала – если не они, значит французы. Когда же требовалось показать акт самоотверженности русского народа, то на этот раз у Наполеона находилось железное алиби. Ну, а раз не Французы, то значит, всё-таки наши подожгли.

Если прямого политического давления не было, то становилось ясно, что в Московском пожаре не были заинтересованы ни мы, ни французы, и у всех были причины избегать такого развития событий. Тогда следовало соломоново решение, которое до сих пор разделяют самые здравомыслящие (на мой взгляд) исследователи – Москва загорелась сама, от небрежности мародёров, отсутствия порядка и надзора. Но и эта версия при ближайшем рассмотрении не выглядит убедительной. Впрочем, давайте разберёмся по порядку.

Французы не желали Московского пожара

В своих воспоминаниях бригадный генерал французской армии Сегюр очень хорошо показал впечатление французов от пожара:

«Мы сами смотрели друг на друга с каким-то отвращением. Нас пугал тот крик ужаса, который должен раздаться по всей Европе. Мы приближались друг к другу, боясь поднять глаза, подавленные этой страшной катастрофой: она порочила нашу славу, грозила нашему существованию в настоящем и в будущем; отныне мы становились армией преступников, которых осудит небо и весь цивилизованный мир…»

Сегюр пишет и о том, как Наполеон, вступая в Москву, дал соответствующие распоряжения насчёт обеспечения порядка, и недопущения грабежей. Первые очаги пожаров французы тушили вместе с местными жителями. Так французская армия поступала и в других покорённых Европейских городах.

Из многих источников известно, что Наполеон собирался выторговать у Русского царя выгодный мир, в обмен на Москву. Он намерен был заниматься переговорами, уютно разместившись в захваченном городе. Когда же Москва превратилась в пепел и руины, Наполеон потерял предмет торга. Ему уже нечего было предложить. Сильно пострадала и французская армия. Две трети войск, находившихся в Москве на момент пожара, погибло. Если бы они сами были инициаторами поджога, то, несомненно, побеспокоились бы о своей безопасности.

Российская империя не была заинтересована в уничтожении Москвы

Генерал-губернатор Москвы Растопчин, которого чаще всего и обвиняют в намеренном поджоге Москвы, действительно имел планы по уничтожению ряда стратегических объектов. Однако, полная ликвидация города никогда не предусматривалась. Это потеря гигантских ресурсов. И Кремль, конечно, тоже никто не собирался взрывать. Спустя десять лет (в 1823 г.) Растопчин написал в своё оправдание сочинение: «La verite sur l’incendie de Moscou» (Правда о пожаре Москвы):

«В нем граф заявлял, что главным поводом, побудившим его взяться за перо, было восстановление правды и критический разбор версии об его причастности к пожару, придуманной, по словам графа, самим Наполеоном, чтобы отвести от себя обвинения в варварстве.

Как не без оснований полагал Ростопчин, для «сожжения столичного города империи надлежало иметь причину, гораздо важнейшую, чем уверенность во зле, могущим от того произойти от неприятеля». Ведь даже, несмотря на уничтожение шести восьмых частей города (75%), оставалось ещё много зданий для размещения вражеской армии. Единственным для неё злом в таком случае была бы гибель от огня запасов продовольствия. Но, как отмечал граф, они были весьма незначительны, так как за период военных действий подвоз провианта и фуража в Москву практически не осуществлялся. Запасы же зерна и муки были почти израсходованы из-за каждодневного снабжения армии хлебом и сухарями. И, наконец, пожар был крайне невыгоден русской армии, обременённой ранеными и беженцами, так как мог принудить французов выйти из города и вступить с ней в сражение, гибельное для русских.

Граф отвергал и частные обвинения, например в том, что под его руководством Леппихом были подготовлены зажигательные смеси: «Солома и сено были бы гораздо способнее для зажигателей, чем фейерверки, требующие предосторожности и столь же трудные к сокрытию, как и к управлению для людей, совсем к тому непривычных». Полной бессмыслицей, по мнению бывшего московского генерал-губернатора, являлось свидетельство, будто бы в его доме на Лубянке были в печи обнаружены петарды. «Для чего мне было класть петарды в моем доме? Принимаясь топить печи, их легко бы нашли, и даже в случае взорвания, было бы токмо несколько жертв, а не пожар».

Удивлялся граф и упрёкам в использовании выпущенных из тюрем колодников для поджога. Он спрашивал, разумно ли верить, чтобы уголовники, даже если бы условием их освобождения было исполнение приказа Ростопчина, при отсутствии контроля со стороны русских властей с одной стороны, и угрозе быть постоянно схваченными французами с другой стороны, бросились поджигать город?

Неправдой, по мнению Ростопчина, являлись и показания осуждённых за поджоги москвичей. Сам он беседовал с тремя оставшимися в живых из осуждённых французской администрацией, и те заявили, что их никто не допрашивал, а из задержанных тридцати человек французы отсчитали тринадцать, расстреляли и повесили на фонарные столбы с надписью, что это и есть поджигатели…» (Горностаев М.В. «Генерал-губернатор Москвы Ф.В. Ростопчин: страницы истории 1812 года»).

Кроме того, в Москве даже после пожара оставалось около 20 000 жителей, которые терпели голод, холод и разруху. Трудно представить, что готовя тотальное разрушение города, Ростопчин не побеспокоился бы об эвакуации жителей, либо зная о том, что многие ещё остались в Москве, всё же привёл в действие зловещий план.

Надо отдать должное пропагандистам того времени. Они искусно манипулировали сознанием населения, на ходу стряпая мифы и заколачивая их в головы. Любое событие могло быть повёрнуто в нужную сторону. Так катастрофическое разрушение позорно без боя сданной врагу столицы (смотри статью) превратилось в героический подвиг нашего народа, единый порыв и т.д. Этот морок уже беспредельно господствовал над умами, когда Ростопчин не выдержал и опубликовал свою правду. И вот как это было воспринято:

«…Правда о пожаре Москвы» вызвала, по меньшей мере, недоумение у современников. М.А. Дмитриев писал: «...для русских чтение этой брошюры осталось и неразгаданным и неприятным», она вышла в тот момент, когда уже утвердилась героическая слава русского народа, когда умолкли упрёки в адрес Ростопчина…» (Горностаев М.В «Генерал-губернатор Москвы Ф.В. Ростопчин: страницы истории 1812 года»).

Реакция совершенно предсказуемая. Но это не умаляет заслуги генерал-губернатора, не пожелавшего быть пособником вранья. Думаю, теперь ясно, что Московский пожар стал неожиданностью для обеих сторон. Каким же образом произошла такая аккуратная по времени и месту случайность?

«Не деревянная Москва», или «Камень не горит»

А с чего это собственно мы уверены, что Москва была деревянной? Давайте хоть проверим, на всякий случай. И тут сразу на глаза попадается статья «Каменное строительство в Москве в начале 18 века». Вот что там есть интересного по нашему вопросу:

«Одним из главных направлений законодательной политики Петра I в отношении порядка застройки столицы с конца XVII в. являлось последовательное внедрение в центр Москвы кирпича как основного строительного материала, который должен был помочь кардинально решить проблему пожаров. Это касалось, главным образом, частных застройщиков, поскольку административные здания, а также монастыри и городские храмы были к этому времени выстроены по преимуществу из камня. В 1681 г. погорельцам, у которых дворы "по большим улицам к городовой стене к Китаю и к Белому Городу", выдавали для строительства каменных палат в долг кирпич по полтора рубля за тысячу с рассрочкой выплаты на 10 лет.

С начала XVIII в. указы стали предписывать на погорелых местах в Москве и на загородных дворах строить исключительно из кирпича, хотя бы "в полтора и в один кирпич", допускались, правда, и мазанки. Эти требования касались не только жилья, но и построек хозяйственного назначения, конюшен, амбаров и т.п. Указ от 28 января 1704 г. обязывал строить "всяких чинов людям", проживающим на территории Кремля и Китай-города, палаты, подсобные помещения и лавки из кирпича, использовать дерево категорически запрещалось… В 1712 г. к привилегированной части Москвы был присоединен Белый город, причём маломощным городским жителям центра предлагалось, как и ранее, в 1704 и последующие годы, "кому каменное строение строить нечем", продавать свои дворы более обеспеченным горожанам».

То есть, ещё за 100 лет до нашего события в районах Китай город и Белый город, а также на территории самого Кремля, строительство разрешалось только из камня и кирпича. Но пожары всё равно были. Например, знаменитый московский пожар 1737 года. Тогда выгорел весь центр Москвы. На кремлёвских стенах сгорела деревянная кровля, никогда больше не восстановленная. Выгорело здание Оружейной палаты. Для чего же тогда требовалось вводить каменное строительство? Может это не помогает?

Камень действительно не горит. Горит внутренняя обстановка, деревянные балки перекрытий, но не стены. Это существенно препятствует распространению огня на соседние здания. Что зачастую позволяет локализовать очаг возгорания. Например, за 10 месяцев 1869 г. в Москве насчитали 15 тысяч пожаров. В среднем 50 пожаров в день! Однако весь город не выгорел. То есть пожарная безопасность в каменной застройке на порядок выше.

Если сгорает деревянное здание, то остаётся только пепелище. Каменный дом не сгорает, он выгорает изнутри. Остаются закопчённые стены, и очень скоро дом можно снова восстановить.

Так вот, после Московского пожара 1812 года вся каменная часть Москвы за редким исключением превратилась в РУИНЫ! Создаётся впечатление, что богатейшие люди страны жили не в каменных дворцах с толстыми стенами, а в глинобитных мазанках, которые от огненного жара рассыпались на куски. И это очень неправильное впечатление!

Камень рушится

Граф Сегюр в своих воспоминаниях о пожаре 1812 года написал удивительные строки:

«Два офицера расположились в одном из кремлёвских зданий, откуда им открывался вид на северную и восточную части города. Около полуночи их разбудил необычайный свет, и они увидали, что пламя охватило дворцы: сначала оно осветило изящные и благородные очертания их архитектуры, а потом всё это обрушилось».

Куда смотрели офицеры из кремлёвского здания? На север и восток. А там находились сплошь каменные Китай город и Белый город. И как же они обрушились? Просто в руины. А может быть перевод с французского не совсем точен? Возможно, изначально фраза звучала так:

«Около полуночи их разбудила яркая вспышка (и правда, как отблески огня могут разбудить измученного человека?) и они увидели, что свет озарил дворцы: сначала он контрастно осветил мельчайшие детали зданий (именно осветил, а не охватил, как говорят про пламя), а спустя мгновения, они обрушились».

А теперь приведём выдержки из записок очевидцев, чтобы точно убедиться, что это не был простой пожар:

«Первым загорелось огромное торговое здание, помещавшееся в центре города в одном из богатейших кварталов. И тотчас же Наполеон поспешил отдать соответствующие приказания, а при наступлении дня сам поспешил на место пожара, обратившись с грозной речью к молодой гвардии и к Мортье, который в ответ указал ему на дома, крытые железом: они продолжали стоять запертыми, нетронутыми, без малейшаго следа взлома, а между тем, чёрный дым клубился, выходя из них... Тогда наши удалились в уцелевшие кварталы в поисках новых жилищ, но прежде чем войти в эти запертые и покинутые дома, они останавливались, услышав там лёгкий треск взрыва, вслед за ним поднималась тоненькая струйка дыма, которая быстро становилась густой и чёрной, затем красноватой, наконец принимала огненную окраску и вскоре всё здание обрушивалось в вихре пламени!»

«Пожар Москвы 1812», Мемуары графа де-Сегюра, Историческое знание, выпуск 2.

Эти мемуары, которые я уже цитировал выше, являются ценным свидетельством. Они широко известны в исторических кругах и фигурируют во всех серьёзных исследованиях по данному вопросу. Но историки читают в них только то, что им на руку. Например, там есть строки про пойманных поджигателей, и их с удовольствием цитируют. Но те выдержки, что приведены здесь, отрицают главенствующую роль поджигателей в Московском пожаре. Напротив они показывают необычный характер очагов возгорания.

Почему автор мемуаров изложил события так противоречиво? Это называется смятение. Когда человек видит что-то необычное, то его рассудок пытается найти знакомое привычное объяснение, чтобы сохранить цельное мировоззрение. И мы с вами устроены таким же образом. Сегюр описывает запертые дома с приставленной охраной загорающиеся сами собой, и дома загорающиеся от непонятных причин (лёгкий треск взрыва, тоненькая струйка дыма), которые он пытается объяснить какими-то химическими взрывателями. И тут же он видит в каждом оборванном, обгорелом москвиче поджигателя.

Если трезво рассудить, и то, и другое только уловка ума. Москва была покинута поспешно, никто не успел бы заминировать её таким хитрым образом. Да и незачем, есть способы попроще. А «гордые поджигатели», якобы люто ненавидящие французов, и готовые им на зло сами уничтожить всё своё достояние, уже через несколько страниц просятся погреться у костров врага. Необычность и смятение разума, вот причина противоречий.

Ещё один убийственный факт:

«…сведения приносимые съезжавшимися со всех сторон офицерами, совпадали между собой. В первую же ночь, 14-го на 15-е (со 2-го на 3-е по старому стилю, – авт.) огненный шар спустился над дворцом князя Трубецкого и поджёг это строение – что послужило сигналом». («Пожар Москвы 1812» Мемуары графа де-Сегюра, Историческое знание, выпуск 2).

Тут уж историки не смогли пройти мимо, упомянули. Факт-то значимый. Но им пришлось принизить ценность мемуаров графа, назвав его фантазёром. Это уже «потёк мозг» и сработали предохранители у самих историков. Но мы-то понимаем, не может бригадный генерал французской армии быть просто фантазёром. По должности не положено. Если бы французские генералы настолько неадекватно воспринимали реальность, то перепутали бы направление, и вместо Европы завоевали Гренландию. Но в чём-то современные исследователи правы. Записки графа явно несут в себе отпечаток сомнения и нелогичности.

Ущерб несоизмерим с последствиями обычного пожара

Какова же была обстановка, вызвавшая такое состояние очевидцев? Вот карта, описывающая масштаб повреждений города, с указанием количества уничтоженных домов в конкретных районах. Светлым тоном обозначены неповреждённые кварталы. А вот описание на местности:

«…Те же из наших, которые раньше ходили по городу, теперь, оглушённые бурей пожара, ослеплённые пеплом, не узнавали местности, да и кроме того, сами улицы исчезли в дыму и обратились в груды развалин… Лагерь, через который ему надо было пройти, представлял из себя страшное зрелище. Посреди полей, в топкой холодной грязи горели огромные костры из мебели красного дерева и позолоченных оконных рам и дверей. Вокруг этих костров, подложив под ноги сырую солому, кое-как прикрытую досками, солдаты и офицеры, покрытые грязью и копотью, сидели в креслах или лежали на шёлковых диванах…» («Пожар Москвы 1812» Мемуары графа де-Сегюра, Историческое знание, выпуск 2).

Прошу запомнить слова о «топкой, холодной грязи» и «сырой соломе». Они нам очень пригодятся, и не только потому, что в дождливую, сырую погоду самопроизвольное возникновение и распространение пожара менее вероятно. Пока запомним – дождь был, и не маленький…

Ижевск.

Читать статью полностью

Постоянный адрес статьи: http://ru-an.info/news_content.php?id=1606