Русское Агентство Новостей (ru_an_info) wrote,
Русское Агентство Новостей
ru_an_info

Как охотники за гениями делают из одарённых детей «научную» серость

22 февраля 2017
Как охотники за гениями делают из одарённых детей «научную» серость

Программа по поиску юных талантов со способностями к физике, математике, химии и биологии работает в Новосибирском госуниверситете уже много лет. Преподаватели, которые занимаются отбором учеников, называют себя "гонцами".

Каждый февраль, когда наступает время региональных этапов Всероссийской олимпиады школьников, они едут в несколько десятков регионов, наблюдают за участниками, проводят собеседования и самых талантливых приглашают в учебно-научный центр при Новосибирском госуниверситете (СУНЦ НГУ).

Научные работы выпускников именно этого центра способствовали открытию бозона Хиггса, обнаружению не известных ранее скифские курганов, совершению других громких научных открытий.

Глаза в глаза

— Когда ты смотришь человеку в глаза, ты видишь, чувствуешь, что у него за душой, оцениваешь его энергетику. Просто по листку с формулами, ответами на вопросы олимпиады этого не понять, — объясняет важность личного разговора со школьниками директор СУНЦ, профессор Николай Яворский, который сам много лет выступал в роли "гонца" — Очень важно понять, какие интересы у ребенка, какой он видит свою дальнейшую жизнь, понять, талантлив он или нет. А одаренные дети — это совсем не обязательно победители олимпиад. И даже чаще их можно найти не среди победителей.

— Мы, как тибетские ламы — они путешествуют повсюду и ищут ребенка, в которого воплотится следующий Далай-лама. Видят нужных детей и собирают их. Конечно, слишком громко сказано, но аналогия хорошая. Природный ум — его всегда видно, — говорит "гонец" с 30-летним стажем, доцент кафедры математических наук СУНЦ Игорь Ляпунов.

Конвейер для гениев

Уникальную систему обучения талантливых детей разработал еще в 60-е годы прошлого века академик Михаил Лаврентьев, основатель новосибирского Академгородка.

Лаврентьев считал, что будущую интеллектуальную элиту нужно готовить не в вузах, а уже в школах, и заниматься с талантливыми детьми в последние годы их обучения должны не школьные учителя, а университетские профессора, сотрудники НИИ. И жить школьники должны среди таких же одаренных детей, как они сами, — чтобы повысить планку.

Так в 1963 году появилась первая в мире специализированная физико-математическая школа-интернат — ФМШ, сейчас СУНЦ НГУ — Специализированный учебно-научный центр физико-математического и химико-биологического профиля Новосибирского государственного университета.

Тогда же разработали и систему отбора школьников, принципы которой не изменились до сегодняшнего дня. Первым делом стали проводиться Всесибирские олимпиады по физике и химии.

— Всесибирская Олимпиада — одна из старейших в России, она проводится уже 56 лет, — рассказывает Николай Яворский. — До ее появления в СССР проводилась единственная предметная олимпиада — по математике. То есть, та система Всероссийских олимпиад, которая существует сейчас, по сути придумана и инициирована академиком Лаврентьевым более полувека назад.

"Олимпиадники" и "исследователи"

Создание системы олимпиад позволило собирать талантливых детей в одном месте в одно время, проверять их уровень знаний. Кому-то может показаться, что гораздо проще было бы не посылать в регионы "гонцов", а автоматом приглашать на учебу в Новосибирск победителей региональных олимпиад. Но руководитель СУНЦ с таким подходом не согласен. Это тот случай, говорят они, когда победа на олимпиаде — не главное.

— Когда мы проводим собеседования на региональных этапах олимпиад, то в первую очередь нас интересуют ребята, которые могут мыслить нетривиально. Из таких потом получаются настоящие исследователи. И это не обязательно победители олимпиад. "Олимпиадники" — это решатели. А "исследователи" — у них несколько другой склад ума, другие интересы, — объясняет Николай Яворский. — Отличий между ними много, у них разное мировоззрение. "Исследователи" обычно доходят до регионального этапа олимпиады, но совсем не обязательно занимают там первые места. И вот тут-то их и надо обнаружить. И сделать это можно только глядя друг другу глаза в глаза.

"Гонцы" из НГУ и СУНЦ предлагают школьникам вместе порешать задачи. Но совсем другие, чем на олимпиаде. Чтобы найти ответ, не нужно много знать. Зато нужно увидеть, казалось бы, знакомую ситуацию с другой стороны.

— Знания, конечно, тоже важны, но не принципиально, — считает Игорь Ляпунов. — Есть дети, которые легко решают задачи на сообразительность, но плавают в синусах-косинусах, не знают целых разделов физики или математики. Но это не беда, этому мы их научим. Важнее, чтобы ребенок был обучаемым, хотел, а главное, мог учиться.

Одна из задач на сообразительность, по словам Ляпунова, звучит так: "В магазине было 100 кг огурцов. В них содержится 99% воды. Они долго лежали и подсохли. Воды в них осталось 98%. Сколько теперь весят эти огурцы?" Большинство школьников начинают составлять мудреные пропорции и в итоге выдают неверный ответ. А между тем эту задачу можно решить с помощью самого простого уравнения. Нужно лишь понять, что после того, как огурцы подсохли, сухое вещество огурцов стало составлять не 1, а 2 процента от общей массы. И правильный ответ — 50 кг.

— Совершенно нормально, что почти все дети сначала выдают на такие задачи дурацкий ответ. Поэтому мы начинаем разговаривать со школьником, который не понял сути задачи, подталкиваем его к решению. Если он начинает рассуждать и приходит к правильному ответу, то это наш человек. Если ни в какую не двигается в нужном направлении — значит, не наш. И таких задач мы предлагаем несколько типов — на аналогии, сообразительность, общую эрудицию, — рассказывает ученый.

"Казарма" интеллектуального режима

Школьников, отобранных "гонцами" на региональных этапах олимпиад, приглашают в Новосибирск, в Летнюю школу где и проводится окончательный отбор.

— Летняя школа длится 23 дня. Все это время ребята решают интересные задачи, слушают лекции выдающихся ученых. И отдыхают, конечно, тоже. И это такой драйв, что тот, кто побывал в Летней школе, никогда ее не забудет, — убежден Николай Яворский. — А в финале детей ждет очень серьезное испытание: они пишут контрольные по физике, математике, химии, биологии, проходят через четыре собеседования. То есть в общей сумме сдают восемь экзаменов — четыре устных и столько же письменных.

На стадии Летней школы происходит и так называемый отрицательный отбор.

— Бывает так, что ребенок результаты показывает неплохие, но нам не подходит категорически, — признается Игорь Ляпунов, который сам несколько раз был директором Летних школ. — Ведь в летней школе с детьми идет разноплановая работа — и учебная, и психологическая, и спортивная, и воспитательная. Поэтому многое становится видно. И прежде всего — сможет ли ребенок жить в условиях интерната.

В новой школе детям предстоит провести один, два или три года — в зависимости от того, после какого класса они прошли отбор. К самому формату жизни в интернате всегда возникают вопросы, но отказаться от него в СУНЦ не готовы. То, что дети в физматшколе не только учатся, но и живут, как в Хогвартсе, многократно усиливает эффект погружения в научную среду.

— Многие не понимают, зачем это нужно: вырвать ребенка из семьи и куда-то "в казарму" загнать, — признает Николай Яворский. — Но это необходимо, поскольку позволяет создать особый социум. 500 одаренных детей — такого нет нигде. В обычной школе всегда есть звездочки, их мало, но это и должно быть так. Остальные — нормальные дети. А здесь, в интернате, все звезды. Все мотивированы на исследования, все энергичные, все с огнем. И это совсем другая история. Огонь, который загорается здесь, помогает добиться очень многого в жизни.

Жить в интернате вполне комфортно: в каждом блоке — общий санузел и по две комнаты на двух или трех человек. Есть столовая, спортзал, бассейн. Есть где покататься на лыжах или поиграть в теннис.

— Когда в 1963 году шел первый набор в физматшколу, пригласили парня из алтайского села, — рассказывает Николай Яворский. — Сын комбайнера-механизатора. Умный, самостоятельный парень. Приехал он, посмотрел и говорит: "Что я тут буду делать? Вы тут настоящей жизни не знаете. Ну, задачки решаете, так и я умею решать. Я вон победил на олимпиаде. Нет, на Алтае лучше". А потом этого парня пригласили посмотреть на наш институт ядерной физики. Он увидел, что в мире есть не только комбайны. Стал ученым и до сих пор работает в институте ядерной физики.

Николай Яворский рассказывает о Василие Пархомчуке, академике РАН, авторе системы электронного охлаждения, которая оказалась принципиально важна при обнаружении бозона Хиггса. "Я бы даже так сказал: не будь этого парня из алтайского села, бозон Хиггса человечество до сих пор бы так и не обнаружило", - уверяет корреспондента ТАСС Яворский.

— Мы каждый год находим таланты в какой-нибудь глухомани, — добавляет Игорь Ляпунов. — Есть такое село в Бурятии — Кижинга. Так вот за последние 50 лет из одной этой деревни вышло 50 кандидатов наук. А разгадка феномена проста: раньше там был хороший учитель физики.

Из глубинки - в мир науки

Примеров, когда ребенок из глубинки вносит вклад в мировую науку, в СУНЦ могут привести десятки. Один из ярких — академик РАН, директор Института нефтегазовой геологии и геофизики СО РАН Михаил Эпов.

Он вырос на крохотном прииске Любовь в Читинской области. В 60-е годы победил на олимпиаде по химии и получил приглашение в ФМШ, где впервые увидел самый обычный телевизор. Переезд в Новосибирск стал для него перемещением не только в пространстве, но и во времени. Тем не менее деревенский мальчишка сумел нагнать городских сверстников и поступить в НГУ.

Его фундаментальные исследования позволили создать электромагнитные сканеры — сегодня они используются в геодезии, позволяют обнаружить зоны подтопления, другие аномалии грунтов. Это в свою очередь позволило создать системы раннего предупреждения экологических катастроф в городах и индустриальных районах. А для археологов Эпов создал систему обнаружения подземных ледяных линз, и с ее помощью ученые сумели найти не разграбленные скифские курганы.

Благодаря ФМШ Володя Собянин, мальчик из села Сеща в Брянской области, сумел стать профессором, доктором химических наук, ректором НГУ (с 2005 по 2012 год). А институт гидродинамики СО РАН, первым директором которого был академик Лаврентьев, сегодня возглавляет другой выпускник ФМШ Сергей Головин. Он приехал из Таджикистана, и тоже никогда не стал бы доктором физико-математических наук, если бы его не пригласили учиться в Новосибирск.

Один из основателей ФМШ академик Сергей Соболев смог расшифровать письменность майя, чего другие ученые добивались более 100 лет.

— В этом году СУНЦ НГУ исполнилось 54 года, уже можно подводить итоги, — говорит Яворский. — А итоги следующие: первые наши выпускники уже пенсионеры, прошли полный жизненный цикл. И все они победители, состоялись в жизни, каждый четвертый — кандидат наук. И это до сих пор так, несмотря на все, что происходило с наукой в девяностые и нулевые. Даже в нашем Новосибирском университете не так. 500 докторов наук и семь членов-корреспондентов и академиков РАН среди наших выпускников — это серьезный результат. Мы можем точно сказать: наши выпускники состоятся в жизни.

—  Я не только директор СУНЦ, но и сотрудник института теплофизики, у меня там лаборатория, — продолжает Николай Яворский. — Я член диссертационного совета. И прошедшей осенью два выпускника физматшколы защитили две докторские, подчеркиваю, докторские, диссертации. В 33 года! И обе работы не теоретические, а экспериментальные, с серьезнейшим внедрением в современную промышленность. И это сегодняшний день. Вот как работает система, созданная 54 года назад. Она эффективна и дает серьезные результаты.

Tags: Наука, Новосибирск, Образование, Олимпиада, РАН, Физика, Школа, академик, дети, математика, парни
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments